Что сказал Евгений Ландо
- Усиление прокурорского контроля само по себе вряд ли снизит коррупцию и повысит качество исполнения госконтрактов — полномочия у прокуратуры и так были и остались прежними, поэтому однозначно прогнозировать эффект нельзя.
- Дополнительные контрольные меры бьют по привлекательности госзаказа: растёт стоимость работ и нагрузка на заказчиков, у поставщиков появляются непредвиденные расходы, которые сложно заложить в рентабельность, а выигрывают в первую очередь юристы — у них прибавится работы.
- Постоянные правки закона и упрощение процедур фактически уничтожили профессию тендерного специалиста, а приоритет цены над качеством ведёт к снижению качества товаров и услуг.
- Чтобы вычистить коррупцию, нужно не контроль наращивать, а ужесточать ответственность: вводить ощутимые штрафы для учредителей и перекрывать схему пересоздания фирм «на маму, на папу, на брата» в обход реестра недобросовестных поставщиков (РНП).
«Однозначно прогнозировать то, что прокуратура сможет повлиять на улучшение госзакупок, снижение коррупционной составляющей, улучшение качества исполнения государственных контрактов невозможно.»Евгений Ландо, гендиректор «Контрактных систем»
Тема обсуждения
Усиление прокурорского надзора в госзакупках: поможет ли это навести порядок в системе 44-ФЗ
Коротко о новости
News.ru разбирает, поможет ли инициатива генпрокурора Игоря Краснова усилить прокурорский надзор навести порядок в госзакупках. Эксперт по госзакупкам Евгений Ландо относится к этому скептически: полномочий у прокуратуры и так достаточно, а новые контрольные меры скорее удорожают госзаказ и нагружают заказчиков, чем убирают коррупцию. По его мнению, реальный эффект даст не контроль, а ужесточение ответственности и борьба со схемами обхода реестра недобросовестных поставщиков.
Подробно
Поводом для материала News.ru стало предложение генерального прокурора Игоря Краснова усилить прокурорский надзор за сферой государственных закупок. Издание собирает мнения экспертов о том, способна ли такая мера реально оздоровить систему или проблема лежит глубже и требует структурной реформы. Контекст серьёзный: по приведённым в статье данным, в 2019 году зафиксировано 839 нарушений на сумму около 236,6 млрд рублей (в 2018-м — 294,6 млрд), а совокупный объём государственных и корпоративных закупок достигал 31,6 трлн рублей, то есть порядка 29% ВВП.
Системные проблемы, которые описывает статья, — массовые хищения бюджетных средств, откаты и завышение цен, преобладание неконкурентных способов закупки и устойчиво низкая конкуренция (около трёх заявок на лот, и этот уровень не меняется примерно с 2014 года). На этом фоне эксперты расходятся в оценках: часть считает усиление контроля оправданным, часть полагает, что нужна радикальная перестройка регулирования вплоть до пересмотра самого 44-ФЗ.
Вице-президент Союза добросовестных поставщиков, специалист по госзакупкам Евгений Ландо относится к инициативе скептически. Его главный аргумент: прогнозировать, что прокуратура сможет повлиять на снижение коррупции и повышение качества исполнения контрактов, нельзя, поскольку полномочия у надзорного ведомства были и остались прежними — то есть принципиально нового инструмента не появляется.
Ландо предупреждает и о побочных эффектах: усиление контрольных мер сказывается на привлекательности госзаказа — растёт стоимость работ и нагрузка на заказчиков, а у участников появляются дополнительные расходы, которые трудно заранее учесть при расчёте рентабельности закупки. Выигрывают от такого ужесточения прежде всего юристы, у которых, по его словам, «будет больше работы». Отдельно он отмечает, что частые изменения законодательства и упрощение процедур фактически свели на нет профессию тендерного специалиста, а ставка на цену в ущерб качеству ведёт к падению качества поставляемых товаров и услуг.
В качестве более действенной альтернативы контролю Ландо предлагает ужесточать ответственность недобросовестных участников: вводить ощутимые штрафы для учредителей и перекрывать практику, когда после попадания в реестр недобросовестных поставщиков (РНП) бизнес попросту пересоздаётся на родственников — «на маму, на папу, на брата» — и продолжает участвовать в торгах, в том числе сбивая цены в пользу аффилированных компаний.
В материале также приводятся позиции других экспертов — профессора РАН Ольги Беляевой, директора Института повышения конкурентоспособности Алексея Ульянова, члена-корреспондента РАН Георгия Клейнера. Общий вывод статьи: единого мнения нет — усиление прокурорского надзора рассматривается как частичная мера, тогда как корень проблем экспертам видится в самой конструкции закупочного законодательства.
Это краткий обзор публикации и комментария эксперта КОНСИС нашими словами. Полный материал и все формулировки — в первоисточнике по ссылке выше; права на оригинал принадлежат изданию «News.ru».